Снаружи: параллельный мир

Как можно охарактеризовать наш параллельнейший из миров? «Бери от жизни все...», «Не дай себе засохнуть...», бери, не дай, «Ведь я этого достойна...», «Я так низко пала, пользуйся — твоя цена». Эгоизм всеобщего и всеядного потребления этого параллельнейшего из миров рекламирует себя отовсюду, все, что бесполезно к употреблению мы не воспринимаем — не видим, не слышим, не хотим. Все, что не укладывается в наши «здоровые» стандарты нас просто не интересует. Конечно, люди, проживающие в психоневрологическом интернате — ПНИ №3 Старого Петергофа в наши стереотипы не укладываются, поэтому мы придумали для них классное название — «отказные» и отказались от них. Кроме того, они имеют множественные физические и умственные нарушения — особенности в развитии. А зачем нам нарушения и вообще какие-либо особенности?

Когда-то советская власть решила, что «наш» человек — самый здоровый в мире. Поэтому тысячи людей с отклонениями от этого правила отправлялись в пригородные интернаты с романтической аббревиатурой ПНИ умирать. Многие из них по-прежнему верны старым идеалам, несмотря на то, что пришлось пожертвовать рассудком ради «светлого будущего». В ПНИ №3 мне очень нравится троица друзей с 10-го отделения. Как правило, они одеты в пижамы круглый год и некоторые детали военного костюма: пилотки, фуражки, галстуки. Когда я здороваюсь с ними, один из них оптимистично отвечает: «Служу Советскому Союзу!» — и все отдают честь. А тем временем, наш параллельный мир вошел в новое тысячелетие, но для человека в пилотке и подобных ему ничего не изменилось — с глаз долой! Жизнь не предназначена для таких как они — «бери», «не дай»... А им частенько и взять-то нечем (множественные нарушения), а также и не дать.

Так как можно охарактеризовать наш параллельнейший из миров? Мы спим... Наше общество представляется мне спящим наяву. Во сне мы воспроизводим стереотипы телевизионных сериалов и компьютерных игр, мечтаем о новых игрушках: домиках, машинках, куколках Барби. «Отказным» нет места в наших снах и мы не хотим пробуждаться. А вдруг «окно» с решетками, за которым мучаются невидимые и неслышимые превратится в зеркало и мы найдем в нем свою экзистенцию? Не лучше ли, по-прежнему спать, видеть сны, пребывать в иллюзиях параллельного мира, только «брать» и «не давать»? Говорят, что состояние общества определяется отношением к человеку. И, если сейчас мы так страстно пропагандируем любовь к себе, то можно ли надеяться, что когда-нибудь она распространится и на ближнего? Можно ли надеяться, что прекрасный Мир — Universe — Eternaty будет восприниматься не только как потребляемый нами, но существующий имманентно и свободно, по воле Творца. Кто знает, может быть «отказные» и есть самая здоровая, душевно и духовно полноценная часть нашего общества — «небольные среди больных»? Может быть они нам нужны больше, чем мы им...

Елена Шифферс